Изведанное и интересное

Мне довелось прочитать чрезвычайно удивившее меня высказывание одного зарубежного ученого, исследовавшего работу мышц. Звучало оно почти дословно так: «Чем больше мы о них знаем, тем меньше понимаем». Может быть, это было его личное мнение! Однако если оно хоть в какой-то мере отражало или отражает действительность, это было бы обидно. Ведь подвижность — едва ли не главный отличительный признак всего живого, и если не понять ее природу… Да и для практики эта проблема имеет огромное значение, не правда ли!
— Разумеется, и прежде всего с прогрессом в изучении явления подвижности связывают свои надежды медицина, сельское хозяйство да и техника тоже.
Надо заметить, что химия мышц сегодня очень хорошо известна. Однако для нас все еще остаются непонятными чрезвычайно важные вопросы.
Во-первых, мы не знаем, как же все-таки происходит перестройка молекул, которая, в сущности, и вызывает сокращение мышц. Мы не перестали удивляться в связи с этим, каким бесподобно надежным является бесперебойно работающий на протяжении всей жизни двигатель — наше сердце.

Удалось выяснить и другую, не менее удивительную роль этих замечательныx приспособлений. Оказалось, что мембраны, как говорят ученые, ответственны и за передачу в организме нервных импульсов.
Они регулируют их распространение путем быстрого изменения своего состояния. А ведь распространение нервного импульса — это основа всей нервной деятельности. Так, миллиарды клеток нашего мозга работают именно благодаря способности мембран, мгновенно меняя свое состояние, пропускать из клетки наружу и обратно ионы электролита. Биофизики даже ввели понятие об ионных насосах, которыми «оборудованы» мембраны.
Как видите, биология в содружестве с химией и физикой открывает совершенно новые «детали» живых организмов, позволяет разобраться в механизме сложнейших жизненных процессов. Все это неуклонно приближает нас к тому времени, когда мы сможем наконец ответить, почему живое — живое.

— Вы, Глеб Михайлович, назвали много проблем, решать которые взялась биофизика. Понятно, в одной беседе о них подробно не расскажешь. Поэтому к вам лишь два вопроса. Вот вы проводили некоторую аналогию живой клетки с часами. Известно, что «жизненная сила» часового механизма, источник энергии, дающий ему движение, кроется в пружине. В заведенной, разумеется. Управляет же расходом энергии маятник.
Ну а в живой клетке, в организме, что здесь управляет жизненными процессами! Как здесь генерируется энергия! Готова ли сегодня биофизика ответить на этот вопрос!
— Сказать, что к настоящему времени все секреты управления жизненными процессами разгадань, было бы, конечно, неправильным. Однако в последние годы в этой области биофизики сделаны важнейшие открытия. Подробнее…

Лет 50 тому назад в биологии выделилась очень важная область, которая в последующем стала быстро развиваться. Я имею в виду биохимию. Она изучает химический состав, химические свойства живых клеток, исследует протекающие в живой системе химические реакции. Биохимия накопила за это время огромное количество интереснейших фактов, но… их оказалось недостаточно, чтобы полностью открыть завесу над тайной живого. Стало ясно: сколь угодно подробно ни характеризуй живые ткани химически, как дотошно ни описывай идущие в клетке химические процессы, это еще не будет секрет жизни. Оказалось, чтобы проникнуть в этот секрет, нужно знать большее.
И вот тут-то наряду с химической характеристикой живого возникают новые представления,
где главенствующую роль уже начинает играть физика.

— Глеб Михайлович, мне думается, многие и многие читатели не раз задавались таким вопросом: вот все, что нас окружает — воздух, камни, вода, люди, трава, планеты, звезды, галактики — все это в конечном счете состоит из одних и тех же 92 элементов, что мы видим в таблице Менделеева. Но как случилось, что в одних комбинациях эти элементы дают неживую материю, а в других — живую! И в чем он состоит, этот удивительный секрет жизни…
— Да, действительно, наш организм построен из тех же атомов, что и неживая природа. Однако в нас с вами они скомбинированы в сложной конструкции больших, биологически важных молекул, где особенную роль играют белки и нуклеиновые кислоты. Впрочем, если эти молекулы выделить, то их отнюдь еще нельзя назвать живыми. Подобно тому как пружинки, шестеренки, циферблат, стрелки, разложенные по отдельности (или собранные как попало), еще не часы, так и отдельные молекулы белков и нуклеиновых кислот — это еще не жизнь.
Жизнь начинается тогда, когда они сложным и еще не совсем ясным для нас способом оказываются скомбинированными в чудесный механизм живой клетки.